EFRAG комментирует предложения IASB по учетным политикам и бухгалтерским оценкам

Европейская консультативная группа по финансовой отчетности (EFRAG) представила окончательный вариант письма с комментариями к изменениям, которые Совет по МСФО предложил к стандарту IAS 8 в середине сентября прошлого года. Целью внесения корректировок международный разработчик видит:

  • Прояснение действующих определений учетных политик и предложение нового определения бухгалтерских оценок, более кратких и четких
  • Прояснение того, как учетные политики и бухгалтерские оценки связаны друг с другом
  • Уточнение того, что изменения в техниках оценки означают изменения в бухгалтерских оценках
  • Уточнение того, что изменение формул оценки стоимости по IAS 2 при определении стоимости взаимозаменяемых запасов означает изменения в учетной политике

В своем письме с комментариями Европейская консультативная группа по финансовой отчетности приветствует намерения международного разработчика прояснить определение учетных политик и предложить новое определение бухгалтерских оценок, но опасается, что сегодняшних наработок может быть недостаточно для действительно четкого различия без дополнительных иллюстративных примеров.

Эксперты также согласны с тем, что изменения в техниках оценки означают изменения в бухгалтерских оценках и признают необходимость устранения расхождений в практических подходах касательно оценки стоимости взаимозаменяемых запасов по IAS 2 “Запасы”, но считают, что предложенное руководство нужно добавить в сам стандарт по запасам, чтобы избежать применения “по аналогии” в отличных обстоятельствах.

И напоследок, EFRAG рекомендует отложить предложенные изменения и затем выпустить их с другими изменениями к стандарту IAS 8 по теме учетной политики, чтобы избежать последовательных корректировок в течение очень короткого периода времени.

Также EFRAG направляет международному разработчику свое собственное заявление, выпущенное Комиссией в ответ на комментарии, которые она получила после публикации предварительного варианта письма с комментариями — оно было готово довольно быстро, уже в начале октября прошлого года.

Источник: GAAP.ru

IFRS 9 и IFRS 15 вступили в силу

Совет по МСФО напоминает, что с началом нового года стартовало обязательное применение двух очень важных стандартов.

IFRS 9 был выпущен в 2014 году на смену IAS 39 “Финансовые инструменты: признание и измерение”, который теперь уже не действует. Новый стандарт состоит из трех основных частей: по классификации и измерению, по обесценению, по отчетности хеджирования. Хотя он актуален практически для всех компаний (а с учетом того, что у любой компании на руках есть хоть какие-нибудь финансовые инструменты, то вообще для всех), самые значительные перемены в практике учета ждут именно банки и то, как они учитывают потери по выданным кредитам.

IFRS 15 “Выручка по договорам с клиентами” также вышел в 2014 году и заменил собой IAS 18 “Выручка” и IAS 11 “Договоры строительства”. Стандарт вводит в учетную практику четкую пятиступенчатую процедуру оценки того, когда именно компания обязана признавать в своей отчетности выручку и в каком размере. Стандарт актуален для любых компаний.

Источник: GAAP.ru

Банк России оценил перспективы перехода на МСФО 9

Банк России представил экспертную точку зрения на концепцию, инструменты реализации, а также на возможные риски внедрения cтандарта.

В декабрьском номере журнала «Деньги и кредит» вышла статья советника председателя Банка России Алексея Симановского. В публикации «МСФО 9: возможности и опасности» говорится, что внедрение с января 2018 года нового стандарта финансовой отчетности МСФО 9 повысит достоверность информации о качестве активов, оцениваемых по амортизированной стоимости, а также уровень управления кредитными рисками.

По мнению автора, важно продолжать использование пруденциальной методики оценки активов в целях надзора за финансовыми организациями. А наилучшим решением проблемы параллельного действия двух методик оценки активов (пруденциальной и учетной) является принятие единого стандарта, в котором будут интегрированы обе методики.

Также в публикации проанализированы сложности, стоящие на пути такой интеграции, и рассматриваются варианты одновременного существования двух подходов к оценке активов на обозримую перспективу.

Руководство IASB подводит итоги уходящему году

В рамках сегодняшнего традиционного подведения итогов месяца и уходящего года в целом к председателю Совета по МСФО Хансу Хугерворсту (Hans Hoogervorst) и руководителю направления образования Мэтту Тиллингу (Matt Tilling) присоединится член IASB Амаро Гомес (Amaro Gomes), который до своего прихода в Совет в 2009 году работал в центральном банке Бразилии и PwC.

Если брать конкретику, то Ханс Хугерворст в этот раз расскажет о деталях проекта по основным формам отчетности, в частности, как показатели эффективности работы менеджеров можно теоретически добавить в финансовую отчетность. Кроме этого, он также обсуждает проект по тарифному регулированию, в том числе рекомендации консультативной рабочей группы по данном у проекту, которая обсуждала разработку новой модели учета.

Что касается Амаро Гомеса, то он расскажет о прогрессе в обсуждении моделей учета в рамках проекта по объединению бизнеса под общим контролем, а также о другом проекте, по обесценению гудвилла.

-(M.T.) Добро пожаловать на вебкаст Фонда МСФО, посвященный декабрьскому заседанию Совета по международным стандартам финансовой отчетности. Заседание проходило в Лондоне 13 и 14 декабря. Меня зовут Мэтт Тиллинг, я директор направления образования в Фонде МСФО. Как обычно, со мной здесь председатель Совета Ханс Хугерворст, а также с нами здесь член Совета Амаро Гомес… Ханс перейдем сразу к обсуждениям Совета на последнем заседании. Все началось с обсуждения основных форм отчетности, которые охватили предложенные улучшения к отчету о движении денежных средств и отчету о доходах. Начнем с отчета о доходах – про что говорили здесь члены Совета?

-(H.H.) Да, Мэтт. Как Вам известно, на заседании в прошлом месяце Совет решил внедрить в отчет о доходах два новых промежуточных итога – инвестиционную категорию и еще одну категорию “по образцу” EBIT. Они позволят инвесторам лучше проводить сравнения компаний между собой в отношении их итогового показателя [прибыли]. А на заседании в этом месяце мы вернулись к обсуждению темы, которая ранее в этом году уже поднималась – а именно, как нам добавить менеджерские показатели эффективности, т.е. показатели, которые менеджеры идентифицируют в качестве KPI – в финансовую отчетность. Основная идея здесь в том, что сегодня многие компаний отражают показатели “non-GAAP” вне финансовой отчетности, а это значит, что они плохо реконсилируются, и по ним не всегда проводится аудит. Идея же в том, что если хотя бы некоторые из этих показателей внести в отчетность, это принесет с собой больше прозрачности, и они будут проходить внешний аудит.

Совет провел весьма продолжительные обсуждения того, как именно нужно отражать менеджерские показатели эффективности. Вопрос представления на самом деле непростой, поскольку некоторые члены Совета интересуются, не сделает ли включение показателей “non-GAAP” больший на них акцент, чем они того заслуживают. Мы пришли к выводу, что менеджерские показатели эффективности вполне можно включить в отчет о доходах, если они соответствуют предложенной нами новой структуре отчета о доходах, и если они отвечают действующим требованиям в отношении промежуточных итогов. Собственно, все это уже и так действует. Если же они не вписываются в отчет о доходах, то менеджерские показатели эффективности должны реконсилироваться отдельно с показателями, определяемыми в стандартах МСФО. Мы пока еще не решили, где именно в составе финансовой отчетности их раскрывать, но они точно должны показываться отдельно от отчета о доходах.

-(M.T.) Вы также обсуждали какие-то улучшения к отчету о движении денежных средств?

-(H.H.) Да. Совет поддержал некоторые предложения рабочей группы по устранению определенных возможностей , касающихся представления информации в отчете о движении денежных средств. Так, мы пришли к предварительному соглашению об устранении действующих возможностей по классификации уплаченных процентов и дивидендов, а также полученных процентов и дивидендов в случае с нефинансовыми организациями. Это то, о чем нас просили очень многие инвесторы, поскольку сегодня в практике здесь наблюдается большое многообразие.

Также мы предварительно решили обеспечить больше последовательности в промежуточных итогах, поскольку это отправная точка для реконсиляции денежных потоков по операционной деятельности непрямым методом. Мы считаем, что нужно брать промежуточный итог, расположенный “выше” в отчете о доходах, чем непосредственно прибыли или убытки, чтобы сократить количество реконсилируемых элементов в отчете о движении средств.

-(M.T.) В рамках то того, то другого вебкаста Вы часто это упоминаете. Сама идея “предварительного соглашения” — не могли бы Вы объяснить, что это вообще значит, “пришли к предварительному соглашению”?

-(H.H.) Большинство наших проектов разделены на более мелкие части, которые мы обсуждаем по отдельности и приходим к предварительным решениям в ходе ежемесячных заседаний. Часто, однако, вы не можете знать точно, как именно впоследствии будут работать эти решения вместе, и вам приходится отходить чуть назад и менять принятые ранее решения. Поэтому решения, по сути, “предварительны” до того момента, пока не доходит до принятия решения по всему “набору”.

-(M.T.) Амаро, Совет в этом месяце также обсуждал проект по гудвиллу и обесценению. Не могли бы Вы напомнить нам, о чем он?

-(A.G.) Конечно, Мэтт, спасибо. Как вы знаете, проект по обесценению гудвилла был запущен в результате изучения практики применения стандарта по объединению бизнеса, IFRS 3. В настоящий момент мы в основном сфокусированы на оценке того, как можно улучшить модель для тестирования на обесценение из IAS 36. Реализовать это можно двумя способами. Первый – сделав ее не такой сложной и не настолько затратной для компаний-составителей отчетности. Второй – сделать модель более эффективной в отражении правильной величины потерь по обесценению и в нужный момент времени. Сегодня есть определенная критика того рода, что тест на обесценение, мол, не отражает вовремя саму сущность обесценения активов. Конечно, эти две цели можно сбалансировать: сделать все более эффективным и менее затратным, но мы также много обсуждаем и альтернативы.

-(M.T.) Тогда какой была цель сессии в этом месяце?

-(A.G.) На сессии в этом месяце были довольно интенсивные обсуждения гудвилла, обесценения… На самом деле, с тех пор как проект был возобновлен в марте 2017 года – напомним, в результате изучения практики применения IFRS 3 – Совет до самого текущего месяца еще не принимал никаких решений по нему. На очень важном заседании в этом месяце члены рабочей группы еще раз представили некоторые из предложенных подходов, которые Совет ранее уже обсуждал, и спросили, какие из них Совет желает прорабатывать дальше. Значительная часть обсуждений велась вокруг обновленного подхода “с запасом” (“updated headroom approach”), который стремится сделать тест на обесценение более эффективным. Большая часть членов Совета поддерживает дальнейшее изучение данного подхода и публикацию дискуссионного документа, хотя некоторые члены опасаются, что этот подход может оказаться даже более затратным, чем сегодняшний тест на обесценение. А кто-то из членов Совета задавал вопросы концептуального толка, но, разумеется, с дискуссионным документом у нас будет шанс изучить все эти аспекты подробнее.

-(M.T.) Но были подходы, которые Совет отказался прорабатывать дальше?

-(A.G.) Да, и это очень важно в ходе разработки любого документа для обсуждений, поскольку, помня о времени, необходимо оценить все возможности. Совет в данном случае предварительно решил не предоставлять послаблений по количественному тестированию гудвилла, в частности, потому что это снизит полезность теста. Также Совет не поддерживает возврат амортизации гудвилла. Такие решения были приняты по данному проекту. Мы не думаем, что существуют хоть какие-нибудь аргументы в пользу возврата обратно к модели амортизации, от которой отказались, когда Совет выпустил IFRS 3.

-(H.H.) Со своей стороны могу добавить, что дискуссионный документ, наверное, все-таки будет содержать обсуждение амортизации гудвилла, так что данный момент, который еще могут обсудить участники, полностью в сторону пока не отбрасывается.

-(A.G.) Да, Совет в целом пришел к выводу, что будет справедливым в дискуссионном документе это оговорить, поскольку основная его цель – собрать мнения по поводу всех возможных альтернатив для IFRS 3, поэтому мы должны выложить все альтернативы и услышать участников по их поводу.

-(M.T.) Представляю себе довольно обширные дискуссии на эту тему… Обсуждения Совета дают основание думать, что мы двигаемся в сторону публикации дискуссионного документа?

-(A.G.) Да, я полагаю — с учетом сложности вопроса и различных альтернатив, которые мы определили как стоящие обсуждений для получения свидетельств и отклика. Однако Совет пока что не определил, будет ли следующий документ именно дискуссионным документом или уже предварительной версией. С учетом всех упомянутых только что альтернатив преобладает ощущение, что все-таки дискуссионный документ, но решение окончательно будет принято только на следующем заседании.

-(M.T.) Какие еще темы Совет планирует обсудить в будущем?

-(A.G.) На следующих встречах мы планируем обсудить определенные упрощения расчета ценности от использования (“value in use”), и можно ли включить определенные нематериальные активы в состав гудвилла. Мы ожидаем также, что продолжим обсуждение темы раскрытий, поскольку раскрытия всегда являются очень важной частью любого проекта, над которым мы работаем.

-(M.T.) Не могли бы Вы также подвести итоги обсуждениям темы объединения бизнеса под общим контролем?

-(A.G.) Конечно. В этом месяце мы приняли ряд решений относительно того, должны ли определенные виды транзакций быть включены в охват данного проекта. Как вы можете понять по самому его названию — объединение бизнеса под общим контролем – нам необходимо быть уверенными в том, что мы рассматриваем именно эти транзакции и другие транзакции, которые также необходимо будет принять во внимание. Среди таковых, ныне обсуждаемых, есть транзакции, которые зависят от будущих изменений контроля (например, по ходу первоначального публичного размещения), либо же те, которым предшествуют, либо за которыми следуют другие транзакции с внешней стороной.

Мы также начали обсуждение методов учета – например, обсуждали, какие факторы необходимо принимать во внимание при выборе метода учета, и нужно ли применять один и тот же метод в отношении всех транзакций в рамках одного проекта, или необходимо использовать разные методы в отношении разных типов транзакций. Никаких решений по методам пока не было принято, мы продолжим их обсуждать на будущих заседаниях.

-(M.T.) Ханс, вроде была еще сессия по теме тарифного регулирования?

-(H.H.) Да. Прежде всего, члены рабочей группы предоставили нам отклик на обсуждения, которые у нас проходили в октябре с консультативной группой – группой экспертов, которые очень хорошо знают отрасль. Эта консультативная группа состоит из составителей и пользователей отчетности, аудиторов и регуляторов, все из которых имеют за плечами большой практический опыт регулирования на основе ставки, поэтому они действительно предоставляют нам специфическую информацию, которой мы “по умолчанию” можем и не иметь.

Октябрьская встреча была для нас полезна. По ходу нее эксперты обсудили некоторые операционные аспекты предложенной модели. Отклик оказался очень полезным. Члены рабочей группы и члены Совета теперь имеют больше уверенности относительно того, что модель, которую мы до сих пор обсуждали, окажется работоспособной.

-(M.T.) Вы также обсуждали расписание хода работы над проектом по тарифному регулированию?

-(H.H.) Да. Сначала Совет обсудит некоторые концептуальные вопросы в первом квартале 2018 года – вопросы типа того, например, логично ли с концептуальной точки зрения оперировать такими понятиями как “регуляторный актив” (“regulatory asset”) или регуляторное обязательство (“regulatory liability”). Полагаем, это логичное расписание, потому что некоторые из этих обсуждений будут основываться на новых Концептуальных основах, которые мы к тому времени уже будем заканчивать.

Обсуждения, которые мы проводили с членами консультативной группы, также подтолкнули нас в направлении публикации предварительной варианта стандарта вместо дискуссионного документа. Опять-таки, здесь Совету еще предстоит принять окончательное решение, однако у нас есть все основания думать, что, скорее всего, мы будем сразу переходить именно к предварительному варианту, а не дискуссионному документу. Следующий по плану документ, по нашим ожиданиям, должен выйти в 2019 году, поэтому предстоит еще немало работы: нам предстоит проработать все решения.

-(M.T.) Амаро, прошло уже больше года, с тех пор как Совет в последний раз обсуждал проект “Принципы раскрытий”. Что произошло с тех пор?

-(A.G.) Тут важно напомнить, что по проекту “Принципы раскрытий” мы публиковали дискуссионный документ в марте этого года. С тех пор мы, разумеется, находились в тесном контакте с нашими стейкхолдерами, собирая комментарии; с момента завершения периода предоставления комментарием мы анализируем полученные письма. На момент завершения консультационного периода нами было получено более ста писем с комментариями. Теперь мы проводим расширенные публичные мероприятия. Таким образом, члены рабочей группы сегодня анализируют отклик, а вместе с ним – также тот отклик, которые был за это время получен по ходу публичных мероприятий.

-(M.T.) Какова была цель заседания в этом месяце?

-(A.G.) Члены рабочей группы предоставили нам обзор основных мнений, полученных по ходу консультационного периода. Члены рабочей группы все еще работают над анализом писем и прочих полученных мнений, результаты которого Совету представят в феврале. Поэтому именно в феврале бы собираемся более детально обсуждать полученные мнения в деталях.

-(M.T.) Ханс, кажется, Совет также обсуждал некоторые проблемы с внедрением стандартов?

-(H.H.) Да, как обычно, Совет получил сводку по темам, которые обсуждались в прошлом месяце (в ноябре в данном случае) на заседании Комитета по Интерпретациям. Одна из вещей, которые хотелось бы подчеркнуть – это что одно из последних предварительных решений Комитета касалось IFRS 15, нового стандарта по выручке. Там есть определенные детали, ведь мы хотим оказаться для компаний максимально полезными в плане его внедрения. Однако мы также знаем, что необходимо соблюдать нужный баланс между тем, насколько детальные мы принимаем решения, чтобы не подрывать правомерное применение компаниями профессионального суждения и не нарушать лишний раз нормального процесса внедрения. Поэтому нужно соблюдать баланс, оказывая, с одной стороны, поддержку с внедрением, а с другой – не давая излишне детальных указаний. Думаю, нам это в целом удается.

-(M.T.) Что ж, это последний вебкаст в уходящем 2017 году. Ханс, я хотел бы попросить Вас сформулировать три ключевых пункта на этот год.

-(H.H.) Очевидно, самым важным пунктом в 2017 году была публикация IFRS 17, страхового стандарта. Я часто говорю, что среди всех стандартов, которые выходили за последние два года, он, вероятно, самый важный, потому что, в отличие от, например, IFRS 9 или нового стандарта по выручке, каждый из которых был фактически улучшением уже действующих стандартов, в страховании до сих пор не было по-настоящему международного стандарта. IFRS 4, по сути, просто позволял применять национальные стандарты, в результате чего существовали колоссальные расхождения, а сами стандарты учета для страхования часто оказывались устарелыми и не отражали сегодняшние реалии. Так что это был колоссальный прогресс.

Во-вторых, мне хотелось бы отметить прогресс, которого удалось добиться в рамках “Инициативы по раскрытиям”. Чуть выше мы обсудили публикацию дискуссионного документа. Также мы выпустили практическое руководство по существенности, которое, я думаю, будет очень полезным для составителей. Наконец, мы опубликовали отчет по результатам изучения наилучших практик улучшения финансовой отчетности, который, я уверен, тоже оказался весьма полезным для составителей отчетности.

И напоследок, мне хотелось бы отметить еще одну тему, с которой мы начали сегодняшний вебкаст – по основным формам отчетности. Полагаю, мы добились существенного прогресса с определением новых промежуточных итогов, новой структуры отчета о доходах, что должно принести пользу инвесторам во всем мире, и именно об этом они постоянно нас просили.

-(M.T.) Амаро, что насчет Вас – можете ли что-нибудь добавить в этот список?

-(A.G.) Да, хотелось бы продублировать Ханса по технической стороне вопроса. Я представляю развивающийся рынок [Бразилию], поэтому ключевыми моментами года по моему личному опыту – в особенности для Латинской Америки – являются колоссальные ожидания относительно IFRS 15 и IFRS 9. Думаю, в регионе процесс [внедрения] идет относительно легко, и я в самом деле не ожидаю, что оно пройдет с какими-либо существенными трудностями.

Дополнительно хотелось бы выделить пару важных моментов, один из них – работа с группой, представляющей развивающиеся экономики. Как вы знаете, эта группа встречается дважды в год, и в плане технических вопросов, которые она обсуждает, данная группа сильно “выросла”. Обсуждения с ними очень полезны, в первую очередь потому, что они способы рассказать о трудностях, с которым сталкиваются на различных стадиях внедрения стандартов. В этом году у нас была очень полезная встреча с ними.

Еще один очень важный момент – это результат подписания меморандума со Всемирным банком. Мы добились существенного прогресса в координации усилий в плане сотрудничества с ним. Думаю, в ближайшие годы результаты его окажутся очень полезными для обеих организаций.

-(M.T.) Что ж, это подводит черту под нашим сегодняшним вебкастом. Спасибо, Ханс, спасибо, Амаро. Всем нашим слушателям мы желаем Веселого Рождества и Счастливого Нового года!

Источник: GAAP.ru

scroll to top